Portas Inferi

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Portas Inferi » Все о Нас » Hao Hasashi


Hao Hasashi

Сообщений 51 страница 60 из 63

51

Хасаши рассмеялся. Он хоть сталкивался первый раз с данной гильдией, но у него сложилось немного другое мнение по поводу ее главы.
- Он реально такая размозня? - усмехнулся антик. - А вроде бы производит вид нормального человека.
Хотя он конечно же понимал, что любое лицо, которое могли ему оказать всего лишь красивая, но фальшивая маска. Потому что сам в свое время занимался тем же самым.
- Аминь, - улыбнулся Хао, потому что он прекрасно знал, как трудно избавляться от некоторых привычек. Да и чего греха таить, в тот раз на арене он вновь почувствовал, что тоже она его в общем-то не отпускала. На ум шло сравнение с проституткой, к которой возвращаешься, но этого озвучивать вслух он не стал. Потому что не к месту чтоли? - Смотря по поводу чего считать. Все-таки здесь снаружи более разнообразен выбор людей, чем внутри арены. Но так или иначе все бьются друг с другом. В конце концов, вся наша жизнь - арена.
Конечно, он помнил, что изречениям умных весь мир был театром, а люди были актерами, но это не особо отличалось. И там и там человек делал все для того, чтобы выжить и жить спокойно. Просто в первом случае было труднее сделать вид, что чужая кровь не на твоих руках.
- Даденгеры устроили знатный салют, - только усмехнулся мужчины. - Но скорее всего ты права. Просто это профисиональная деформация. Переживать за тех, кто младше.
Он мог сколько угодно доказывать себе, что Шенни может постоять за себя и выживет там, где многие погибнут, но правда оставалась правдой. Его восприятие других оставалось неизменным. Как он говорил когда-то одному своему собрату - ему было трудно отделаться от ощущения, что все вокруг его студенты и он обязан их защищать. Страная привычка для того, кто еще относительно не так давно убивал людей за деньги. Но как говорят, даже у убийц есть кодекс, которому они следуют.
- Предпочитаю свои косяки исправлять сам. - Сделал он жест рукой, а потом вернулся к ранее затронутой теме. - В любом случае буду виноват я, а не ты. И с меня спросят. Поэтому нет разницы пошел бы я или кто-то другой. На кону моя шкура.
А еще, Хасаши просто не хотел лишаться вдобавок к студентам еще и персонала своего учебного заведения. Их и так было достаточно трудно найти, поэтому лишний раз антиквэрум предпочитал их не трогать.
Упоминание топра вызвало очередной приступ тихого смеха. Это конечно было очень умной мыслью, но увы и ах, Хао был не из тех, кто мог устоять от возможности помахать оружием.
- Будем решать проблемы по мере их поступления, - произнес он, слушая примерный маршрут до точки назначений. Антикверум поднял голову, всматриваясь в небо, которое было чистым. И вроде бы дождя не предвещало. Поводив головой из стороны в сторону, он сделал жест рукой. - В теории, я могу взять тебя на руки и долететь быстрее, минуя грязь. Но для этого надо взлететь выше крон деревьев.
Он очесал в затылке, а потом посмотрел на девушку. Это определенно сократит им маршрут, но все равно придется периодически прерывать полет, чтобы сверится с местностью. Вероятнее всего сам бы антикверум преодолел весь этот путь будучи котом, но в этом и была его проблема. Он не знал точно, откуда ждать опасности, а скакать между деревьями скорее привлекая местную живность, чем отпугивая такая себе идея.
- Нет, я готов в путь. - Покачал он головой. А потом распахнул крылья, которые черной тенью появились у него за спиной.
- Только его подержи, - он передал девушке кота, который мяукнув забрался ей на плечи, а потом перелез на руки, когда Хасаши подхватил девушку на руки. Это вызывало определенные воспоминания, отчего он улыбнулся, а потом оттолкнулся от земли и взлетел над деревьями. - Я твой корабль, ты мой штурман.
Для того, кто летать не любил, Хасаши это делал достаточно хорошо и достаточно аккуратно, лавируя на восходящих потоках. А еще он просто не мог не признать, что это было достаточно весело. Иногда. Внизу простирался лес, который к их счастью был не таким уж густым. По крайней мере хоть что-то внизу можно было разглядеть. Да и редко, но встречались просеки, в которые мужчина снижался.

0

52

Ты касаешься меня и я горю. Ты касаешься меня и я таю. Скажешь ли ты мне отчего это происходит? И должно ли это быть так? Я не уверена, что хочу знать ответы. Снова. Неужели я действительно так много думаю? Как вообще можно думать, когда твои руки касаются меня, раздевая, избавляя от последней преграды, от последнего нет?
Я смотрю на тебя снизу вверх. Знаешь ли ты, как выглядишь сейчас? Ангел в ореоле из лам за твоей головой. Кто-то сказал бы, что они как нимб, но нет, я вижу крылья. Прекрасные, огромные крылья. Руки сами собой проходяться по твоим плечам, едва касаясь, как будто еще помнят о ранении. И во всем этом твоя заслуга.
Я отвлекаюсь на ощущения твоих губ, забываясь, отвечая на прикосновения твоего языка. Ох уж этот сладостный танец, известный еще с древнейших времен! Дыхание сбивается и оседает на губах, когда ты исчезаешь из поля моего зрения. И сейчас я точно знаю ответ на своей вопрос о том, что ты знаешь, что делаешь.
В очередной раз, я задаюсь вопросом, почему я не замечала этого раньше? И чтобы произошло, заметь я раньше? Но мысли опять уносятся легкой пеленой ощущений от касания твоих рук. И меня прошибает, но нет, не током. Это о ощущение настолько же далеко от него, как луна от земли. И оно только наростает с каждым новым движением твоих пальцев.
Нам нельзя шуметь, эта мысль ясная, отчего я кусаю губы, с которых готовы сыпаться стоны. Но не только. Я слышу свой тихий голос, который произносит твое имя. Как в забытии. Как молитву. И это действительно так, ведь ты ангел, как мы узнали еще недавно. А вот я - эгоистка, потому что все это время мои руки мнут простыни вокруг, а после свободно падают на кровать. Так же, как и я падаю. Приходит опустошение. Но в отличие от усталости, на этот раз оно несет только радость. И следующий твой поцелуй я встречаю уже с улыбкой.
- Прости, - произношу я в твои губы, сама не уверенная за что извиняюсь. За то, что не касалась тебя. Или же за то, что не замечала. Или есть еще причина? Наверное, я произношу это за все и сразу.  Я обнимаю тебя, прижимая к себе, сплетаясь ногами. Хочется поглотить тебя, стать одним целым. Не бойся упасть, потому что я тебя буду держать. Вместе прыгать лучше.
Рука скользит вдоль твоего тела, вырисовывая изгиб спины. Этого ты хотела все это время, дорогая? Прикосновений? Знала бы ты, как это приятно касаться тебя. Возвращать каждый жест, каждое движение.
Ощущаю пальцами смазку. И нахожу ответы на очередной ворох вопросов. Почему же ты не сказала сразу, глупая? Шепчу тебе на ухо какие-то глупости, легко кусая за мочку. Сколько движений рукой нужно тебе?
Ты ведь помнишь, что я эгоистка? И в данный момент мой эгоиз выражается в том, что я хочу смотреть на тебя, видеть твое лицо, поэтому риходится отстранится. Какая е ты красивая! Падший ангел в моих руках, буквально. Я чувствую пальцами, как от каждого нового быстрого движения скоращаются твои мышцы и подстраиваюсь под этот ритм. И в этот момент мне уже даже все равно, громкие мы или тихие. Я хочу слышать тебя точно так же, как и видеть.
Меня должны пугать все эти мысли. Но я лишь понимаю, что незнаю откуда во мне все это. В этом тоже виновата ты, или же это наследие доставшееся от родителей? Да какая к черту разница? Ведь сейчас есть только ты в свете все тех же ламп. Прекрасная, свободная и живая.
Я осторожно опускаю тебя на кровать после и укладываю рядом с собой. Но не спешу закрывать глаза, так как все еще вглядываюсь в твое лицо, глажу по волосам. Нам нужно что-то говорить друг другу? Или же это нарушит момент? Я не знаю. Просто гоню из головы все слова, которые начинаются на у и означают время, когда встает солнце. Это будет когда-нибудь потом, в будущем. Но не сейчас.

0

53

Гёте не понаслышке знает, чем чревато сдерживать свои порывы. Далеко за примером ходить не надо. И это даже не про фон Рауха. Впрочем, добрый доктор действительно прекрасно справляется с этой задачей. Отчего интерес к нему у деоса возрастает, потому что он просто не может понять, отчего тот настолько сильно бежит от самого себя? И в чем вообще смысл? Ведь результат этого всего равен именно тому самому страху, который живет внутри саэтеруса. Синистер прекрасно знает, что чем больше ты пытаешься увельнуть от страха, тем сильнее тот тебя накажет.
Ученый убирает руку из чужих волос, когда Готтард льнет к нему. Черные локоны шелковым водопадом сочяться сквозь пальцы, снова рассыпаясь по плечам и спине. Если задуматься, завораживающее зрелище, но приходится от него отвлечься. Потому что хоть со стороны это и выглядит, как добровольное донорство эмоций, на деле им почти не является. Поэтому ученый запоминает чужие реакции и откладывает в памяти, чтобы потом проанализировать. Вряд ли сам фон Раух будет об этом спрашивать, но отчет по итогу сожет выйти занятный. Гёте все еще любит трудные задачки. Они отвлекают от менее человечных наклонностей деоса. Хотя не сказать, что те приносят ему меньше радости. Мастерить очередной подарок для Гекаты, прекрасное времяприпровождение, а еще и отдых для мозгов.
Его конечно же можно назвать беспечным, потому что он подпускает достаточно опасного человека в свое личное пространство. Но в данный момент, он чувствует себя скорее, как мальчишка, который хочет погладить тигра через прутья клетки. Ради разнообразия, оно того стоит, потому что до этого, он сам был тем самым тигром. Он чувствует движение рук на своей спине и это вкупе с прокручиваемыми воспоминаниями вызывают отклики в организме. На что ученый только усмехается. Чувствовать близость чужого тела, не такое уж и плохое ощущение.
- Ох, доктор, - только и произносит он, когда чужие губы оказываются в непосредственной близости от его шеи. Кажется, он перепутал сказку про мальчика и тигра с той, где человек сует голову в пасть ко льву. С другой стороны, он может вырастить себе даже голову обратно, ведь настоящую смерть ему может даровать только другой деос. И Гёте действительно считает, что это дар, потому что бесконечная жизнь в перспективе та еще скучная вещь.
- Пожалуй с этого стоило начать, - добавляет он, - сэкономили бы кучу времени.
Конечно, в это верится слабо, но подобным образом он восстанавливает эмоциональный фон, потому что резерв из воспоминания начинает подходить к концу. Этому же способствует внезапный стук, а потом и голос в голове, но на этот раз не принадлежащий никому из личностей Синистера. От вопроса про свою безопасность, деос отмахивается, как от жужжания назойдивой мухи и просит его не беспокоить. Причем не беспокоить, как ментально  так и физически. И связь он обрывает быстрее, чем с той стороны поступят еще какие-либо эмоции. Конечно, проверить это тоже входило в его планы, но не таким образом и не сейчас.

0

54


Действительно, какая разница была в том, что их может скушать при случае? Хасаши ответа на этот вопрос не знал, но предпочитал хотя бы предположительно знать, чего стоит опасаться. С другой стороны можно было просто параноить по поводу каждого шороха, порой тоже работало и даже лучше, чем выискивание определенной опасности.  А еще очень часто спасали перекаты.
- Тогда хорошо, что кот со мной, - мужчина скосил взгляд в сторону. - Потому что концентрации гнева и ярости во мне обычно на четверых хватает.
Масамунэ на его плечах мяукнул, как будто подтверждая эти слова. Хотелось дать ему подзатыльник, но антиквэрум сдержался. Это выглядело бы странно, да и он вроде как честно признался в своих недостатках, хотя их проявление девушка уже имела опыт лицезреть.
Хао краем глаза наблюдал за окружением. Лес действительно был типичным для планеты представителем флоры. Только деревья не шелестели и живность, которую упоминала девушка, слышно не было. Первородный даже прислушался, но уловил только тишину, как будто они шли по закрытому помещению без окон и дверей.
- Возможно, там завелся некромаг? - пожал плечами Хасаши. - Или кто из фанатиков одного божка. Что вряд ли...
Хотя вариант с некромагом тоже частично подходил, так как эти ребята готовы были с трупами хоть обниматься ради повышения своих сил. Это даже объяснило бы пропавшие трупы, ведь поднятых мертвецов нужно было чем-то кормить. В любом случае, антиквэрум хоть и был существом древним и магическим, но предпочитал больше честный физический бой, чем раскидываться сверкающими шарами. Хотя ради справедливости, стихию огня он использовал. Но то был огонь, а не способность вывернуть чужие мозги наизнанку.
Хасаши отвлекся от своих мыслей, потому что они совпали с вопросом Шенни. Хао затормозил и задумчиво посмотрел на девушку.
- Он моя защита и успокоение. - Хасааши показал пальцем на кота и тот сделал важный вид, издавая пафосное урчание. - Ментальные коты имеют связь с хозяином и могут защитить их разум от воздействия. Мы с ним уже достаточно долго в связи, поэтому и защита... хватает ее в общем.
Мужчина почесал Масамуне за ухом. А потом вновь заговорил.
- Я умею передвигаться скрытно. Правда, давно не практиковался. - Он сделал неопределенный жест рукой. - Но если тебе будет спокойнее, следовать приказам я тоже умею. Исключительно женским.
Хасаши усмехнулся и продолжил путь. Он снова прислушивался к окружению, но острый слух никак не мог хоть за что-то зацепиться. При очередном шаге, мужчина на одно мгновение замер, так и не поставив ногу на землю, а потом закончил шаг. Кажется, он начинал понимать, что имела в виду девушка. Деревья вокруг действительно изменили свой внешний вид, который напоминал мертвую древесину. Такая чаще всего росла на каких-нибудь древних, разросшихся кладбищах, за которыми уже не следили.
- Ты слышишь? - мужчина обернулся на Шенни. Он не мог понять, что улавливает ухо. Звук был как будто заглушен чем-то и не походил ни на один из характерных для леса. Он не удивился, если бы услышал скрип брошенного города, но это был не он. Антиквэрум снова прислушался, но все стихло. - Возможно, показалось.
Он не был суеверным и не верил в басни о всяком разном, включая те, где мертвецы ходят по ночам. Ну, то есть они, наверное, и ходили, но не воровали детей, это было не так чтобы на руку некромагам.
Масамунэ тоже притих, прижав уши. Учитывая, что чаще всего животные сильнее чувствовали всякую чертовщину, то его можно было понять. Наверное. Менталу все происходящее нравилось намного меньше, чем им самим. В очередной раз, обругав на чем свет стоит учеников в уме, мужчина пошел дальше. Из всех косяков, которые он мог совершить на преподавательском поприще, этот был сам большим и не менее тупым. Как будто бы не знал, что недалеких понесет сюда! Продолжая матерится себе под нос, мужчина не заметил, как нелетел на что-то.
Тряхнув головой, он отступил на шаг, обнаруживая перед собой опору старого моста. Благо налетел он на нее нижней частью тела, а не лбом. Оглядывая сооружение, он почесал в затылке.
- И он выдержит? – мужчина с каким-то недоверием косился в сторону ржавых цепей и гнилых досок.

0

55

- Только если тот, кто зашел не ходит по полу.

- Для того, кто еще некоторое время назад прижимался ко мне и реагировал на мои прикосновения, ты слишком переживаешь, - Хасаши улыбнулся, сводя все к шутке. Это было определенно проще, чем начинать хоть как-то реагировать на настороженность в чужих глазах. - Не думаю, что это будет труднее, чем раньше.
Мужчина развеял меч, меняя его на пистолет. Так будет проще обороняться, если на них кто-то наподет.  Хотя в таком случае, он надеился, что Дельвар выйдет из киберпространства.

0

56

Гёте знает, что запомнит все, что происходит. Запомнит каждое чужое движение, каждое свое движение, каждый вздох, взгляд, прикосновение. Каждый укус и каждый поцелуй. Запомнит так хорошо, что на следующий раз ему будет скучно. И так всегда. И поэтому он не видит смысла лишать себя одежды, но его сегодняшний… партнер явно иного мнения, потому что он слышит отчетливый треск ткани. Что ж, завтра или послезавтра, или когда у них представится время пообщаться, он выслушает недовольный тон Абеля. Пожалуй, был смысл предоставить бразды управления ему, но второй ученый их маленького сабантуя, спит, потому что еще недавно сам Гёте так решил.  Поэтому, чтобы не выслушивать еще большую мозговыносящую тираду, он задействует артефакт в виде серьги, пряча остатки одежды в карманное измерение.
А еще у него есть подозрение, что данная личность, половина, - или как он там ее называет, - Готтарда слишком редко получает свободу. И практически никогда, если вообще ни разу, не целовалась, как минимум. То есть, рассуждая логически, питаться этому существу, приходилось явно чем-то другим.  Появляется мерзкая мысль с утра пораньше подразнить доктора на эту тему, но это ведь будет уже завтра? Или сегодня? На глубине, в толщах воды, ощущение времени стирается. И именно этим он частично компенсирует тот факт, что в данный момент не будет проверять, занималось ли тело в его руках сексом в пассивной роли. Да и любой другой роли, если уж быть до конца честными. Но все эти мысли откладываются очередным пунктом на утро.
Гёте сосредотачивается на том, что ему может дать в этот момент саэтерус и что деос может дать ему в замен. И чем дольше продолжаются взаимные ласки, тем более агрессивным становится сам Гёте, хотя и старается не терять нежности в движениях, когда его член погружается в чужое тело. И он эгоистично замечает, что быть у кого-то первым, не такой уж плохой опыт, - хотя конечно же это просто предположение.
Он не считает, сколько раз они меняют положение в пространстве кровати. По крайней мере, не специально. Деосу интересно, сколько нужно по итогу существу, чтобы насытиться. И когда это происходит, он какое-то время наблюдает за внезапным любовником, а потом идет в душ, попутно залечивая царапины на теле. Хотя они и выглядят довольно комично в тот момент, когда он возвращает на свое тело шрамы. Будучи честным с самим собой, он знает, что не все они бутофория.
Утро наступает как всегда внезапно, как будто хищник настигший антилопу. А учитывая, что древнему существу сон нужен редко, то за это время, Гете успевает проверить Хель, попутно собрав чужую одежду в спальне, и теперь сидит в позе лотоса на кровати, ожидая, когда проснется саэтерус. В руках он перебирает отчеты, шелестя страницами.

0

57

Сон забавная вещь. Он может свалить даже самого сильного человека на земле. Почти, как страх. Пожалуй в этот раз я могу говорить, что проиграла в сражении, в котором победителем выйти нельзя. Но из него можно вынести урок. Впрочем, никогда не любила уроки, которая преподносит жизнь, потому что от них нельзя увернутся так же, как в школе или университете. Жизнь такой профессор, которая настигнет тебя везде и ударит очень больно.
Примерно с такой мыслью я и проснулась, ожидая увидеть за окном день, но нет, солнце только начало вставать из-за горизонта, отражаясь от воды в порту и от высоток в центре города. Пожалуй, не нужно было бы нам бежать, я с радостью осталась бы здесь в этом здании просто потому, что солнце в окна не проникало. Совсем. Ни капли. Возможно, прозвучит очень смешно, но это было моим персональным проклятьем - солнце в лицо с самого утра. Не важно, оставалась ли я дома, уезжала на отдых - небесное светило будто преследовало меня. И, кажется теперь, я понимала почему. Из-за тебя. Всю жизнь я ку да-то бежала, что-то делало, а оно говорило мне - остановьси, постой, оглядись вокруг, у тебя есть все, что тебе надо. пожалуй, стоило прислушиться к нему намного раньше!Но вероятнее всего, это бы не изменило того факта, что мы оказались бы здесь. Или да?
Ловя себя на не самых приятных мыслях, я осторожно вылезла из кровати, стараясь тебя не разбудить и юркнула в душ, по пути отмечая следы произошедшего. И знаешь, наверное в первый раз в жизни, они не раздрожали и не вызывали желания замазать все это тональником. Поэтому, если бы ты спросила меня - жалею ли я, то ответ был бы точно нет.
Завтрак пришлось готовить из того, что было в холодильнике и наших запасах. И самум удивительным был молотый кофе. Вот уж что точно бодрит с самого утра. Как в рекламе, только намного лучше. Потому что никакой полуфабрикат не сравнится с восхитительным запахом и вкусом настоящего кофе.  Это возможно тебя и разбудило, а не звуки посуды. Я честно старалась быть тише. И если звук еще можно было спрятать, то вот ароматы не очень. Только если открыть окно, но зачем?
- Не знаю, - честно откликнулась я, оборачиваясь и ловя поцелуй в щеку. В голове мелькает мысль о том, что будь я расторопнее, успела бы поймать губами твои губы, но ты отстраняешься быстрее, чем я успеваю воплотить это в реальности. Поэтому я только рассеянно киваю тебе вслед, когда ты скрываешься в душе.
Завтрак готов именно в тот момент, когда ты возвращаешься и я наконец могу поймать тебя за руку, притянуть к себе и поцеловать, освяжая ощущения пережитой ночи.  А потом только усмехаюсь, когда ты просишь взять тебя с собой. Умиляясь, легонько трусь носом о твой нос.
- В слудеющий раз - обязательно. А сейчас тебе нужен отдых. К тому же, кто-то должен следить, чтобы сюда кто-нибудь не забрел.
Я сомневаюсь в том, что это может произойти, но стараюсь звучать правдоподобнее.  Я понимаю, чего ты боишься и на самом деле боюсь тго же. Но если нас ищут, а это совершенно точно так, то будут искать двух девушек, одна из которых ранена. Поэтому по одиночке шансы быть узнанными - уменьшаются. К тому же, роясь в вещах, я нашла совершенно новую одежду. Правда, она мужская, но это то, что надо. Как раз в нее я и переоделась, теперь щеголяя в свободных джинсах, потертого вида, и футболке, заправлнной в них. Получался прям какой-то пацан старшего школьного возраста - не иначе.
- Тебе нужно есть. Тут не пир, но перекусить сойдет. А когда я вернусь, приготовим что-то более сытное. Постараюсь купить еще пиццы.
На этот раз я целую тебя в щеку и веду за стол, а потом сажусь напротив. Иногда мне кажется, что я закрываюсь ото всех, но на самом деле, просто привыкла не показывать эмоции. Такая професиональная болезнь, поэтому по моему поведению так трдно, - и сейчас я благодарна этому навыку, - заметить, мое состояние, сродни дремлющей панике. А ведь это ощущение не уйдет, пока мы не вырвимся и не сбежим. Ох, Кира., знала бы ты!

0

58

- Как хорошо, что она - не ты, - усмехается Риз. Хотя он и не выкидывает эту вероятность из головы. Процент того, что в дом может вернутся его хозяйка. Это ощущение ему не особо и нравится, но кто спрашивает?
- Просто, ты выглядишь слишком довольным для того, кто вламывается в чужой дом, - только и разводит он руками. Ну а что еще делать? В этот момент Гамильтон напоминает ему человека, который получил самый желанный подарок на праздники. Хотя, возможно все так и есть.
А еще, в какой-то момент, Риз начинает думать о том, что пожалуй стоило послать сюда левых людей, а не идти самим. Наружка бы сама прекрасно справилась с этой задачей. Но ка всегда, все гениальное приходит достаточно поздно. Это австралиец онимает, когда напарник уходит наверх. Дом все еще выглядит подозрительным и Синнистер не верит в правдивость антуража. Чего-то не хватает и это не детские рисунки.
- Пока доучивался смотрел и еще есть такое время года, как отпуск. Говорят, что он способствует просмотрам сериалов, - пожимает плечами австралиец. - Мы с тобой прекрасно знаем, что спать в доме, который записан на твое имя, не всегда значит, что дом твой. Да и ты тот, кто ты есть на бумагах.
Он погружается в себя, размышляя над тем, как выглядит его родной дом, а так же дома знакомых, которые так же имеют детей разного возраста, нализирует и сопоставляет. Конечно же, садится на спинку дивана в чужом доме это не самая лучшая мысль, с ддругой стороны, не плюхаться же в чужие кресла, как было в сказке про девочку и трех медведей. Он точно не чувствует себя малолетней девчушкой, да и медведем тоже. Хотя и это меняется, когда в его сторону оказывается направлен пистолет. Риз пару раз моргает, а потом фокусирует взгляд на Мэдиссон, которая этот пистолет и держит. Она задает вполне себе закономерные вопросы, но агент только гнет бровь. Не он из всех присутствующих первым вломился на чужую территторию. Хотя ладно, дамочка, стоящая перед ним, в их пентхаус не залезла. Хотя такое желание у этой парочки явно было. Двойное - ха.
- О, мы поменялись местами, - его губы растягивает усмешка и Риз медленно поднимается. Он не делает резких движений, но и руки тоже особо не торопится поднимать. В общем-то, он выглядит как-то слишком уж расслабленно для того, кто находится в одном движении от смерти. Чего не скажешь о Яне, который появляется из дверей кухни и следом за этим перещелкивается еще один затвор. Все это напоминает Синнистеру дерьмовый анекдот. А еще то, что не будь все так грустно, то было бы и правда смешно.
- Давайте, будем веести себя, как взрослые детки, - снова произносит он. - Эта песочница достаточно большая, чтобы начинать бросаться песком друг в друга прямо вот так.
Не самая лучшая метафора, но выдавать что-то более заумное, он не хочет. Вероятнее всего его пристрелят быстрее, начни он вспоминать сто-то более классическое.
- У меня сегодня желания умирать нет, да и у вас думаю тоже, поэтому опустите свои пистолеты. - Теперь он уже улыбается, а потом переводит взгляд на Яна, чтобы тот сделал это первым. Да, так его прибьют скорее всего еще быстрее, но... - А так как я предпочитаю пожесче, то можете потыкать в меня ими позже, когда мы... поговорим?
Хотя не то, чтобы он знает, о чем они будут говорить. С точки зрения работорговли, он конечно может пойти на попятную и изменить свое мнение, но врядли ему поверят, после случившегося в порту. Поэтому Риз предпочитает замолкнуть, глядя на Мэдиссон. Невовремя он еще вспоминает и о том, как и чем именно он ей угрожал. Неловко. С другой стороны, в такой ситуации у них с напарником есть шанс узнать что-то из уст самой Мэдисон. Не плохая компенсация за то, что в него тыкают пистолетом.

0

59

Вода обволакивает, но не приносит успокоения. Не помогает сосредоточится, скорее наоборот бивает, напоминая о том, что происходило некоторое время назад. Как будто специально здерживается на тех участках тела, которых еще не так давно касался ловец. И эта слабость так и тянет переключить вентиль. Именно поэтому я делаю воду холоднее, а потом спиной чувствую чужой взгляд, замирая и боясь пошевелится, но...
Это ощущение проходит так же, как и появляется. Мне интересно, но я никогда не спрошу, хотел ли ты остаться, а не уйти в тот момент. И хотел бы я, чтобы ты присоединился? Это все так странно, так ново. Так старо. Какой же все-таки я дурак.
Я стою еще какое-то время под струями, а потом все-таки покидаю душ, стирая его последствия полотенцем. И меня даже радует, что тбя нет в комнате, когда я туда возвращаюсь. Моя одежда везде ии приходится снова вернутся на кровать, которая все еще хранит тепло и запахи наших тел. Это так глупо. Особеннно то, что я никак не могу справится с привычным ворохом застежек, которые не желают возвращаться на мое тело. Пожалуй, когда вернусь в башню, снова переоденусь в свой старый, более простой доспех, который не требуует такого долгого приготовления. Но сейчас я тороплюсь еще и потому, что хочу вновь почувствовать себя защищенным. От мира. От внешних воздействий. И это тоже глупо.
И только после этого приходит осознание, что я просто не знаю, что мне делать дальше. Найти тебя? Снова ввязаться в готовку? Отрезать наконец эти чертовы волосы? Я вспоминаю, как ты касался их и это желание тает, исчезая с очередным осознанием, как это глупо. Но в тоже самое время, я не жалею, что остановился. Ушел. Не зашел так далеко за точку невозврата, после которой мы оба бы пожалели.
Выхожу из приюта, бросая беглый взгяд на окружающую его территорию. В свете луны возможно что-то разглядеть, особенно имея в запасе артефакт. Все тихо, никого нет и даже демоны в подвале снова притихли. Как не вовремя вспоминаю Эрин, а потом заставляю себя отвлечься на размышления о том, когда Боссо снова почтит нас своим визитом. Не будь я рационален, то уже бы плыл на своих двоих обратно. Очередная глупая мысль.
Я не знаю, куда несут меня ноги и что привлекло мое внимание в тот момент, но я оказываюсь на дальнем конце острова и вижу свет факела, а еще лодку. Но она точно принадлежит не моему старому другу. Радуясь, что взял с собой снаряжение, пробираюсь ближе, пытаясь понять, кто пожаловал, но не могу. Или вернее сказать не успеваю?
Я всегда считал себя мастером, более того другие люди частенько говорили мне о том же. Я мастер-вор и могу выбраться из любой ситуации живым, но в тот момент я внезапно осознал, что даже я не могу противопоставить ничего удару тяжелым предметом по голове. Но хотя бы перед тем, как отрубиться, я вижу знакомые лица приспешников Арно. Ну кто бы сомневался.

***

Они скрутили вора достаточно быстро. Особенно учитывая тот факт, что он был безсознания и не особо сопротивлялся.
- Чей-та, он и не особо ловкий, - пртянул тот, что ударил Гаррета по голове. А потом сплюнул в сторону. Об этом человеке, ходящем в тенях ходило множество слухов, но сейчас ему казалось, что это действительно бредни.
- Тебе просто повезло, - цыкнул другой, - найдите Ловца и закончите дело. А этого... этого мы доставим по адресу! Слишком уж давно он мешает нашему боссу. Шевелитесь, шевелитесь!
Он начал шпынять своих сподвижников, отсылая их обшаривать остров в поисках блондина. И когда они нашли его, то по душу Сефирота пришло человек десять, так как все же, гильдия убийц не была сборищем драков.
- Сегодня, ты умрешь ловец, - сказал глава отряда, а потом его губы растянулись в усмешке, - А твой друг, который смел пойти против гильдии убийц, отправится на Вечный Остров. Ходят слухи, что местный воротила, управляющий этой прекрасной тюрьмой, уже давно точит на него зуб. А может и не только зуб. - Как и до этого его соратник, он сплюнул. -Хер вас поймет же, жопошников! Если бы наш бос не был таким умелым, уже бы давно без хуя ходил....

0

60

Изучать чужое воздействие и его последствия на собственную ментальную целостность кажется занятием крайне интересным, поэтому в какой-то момент отчеты в руках деоса, превращаются не более чем в фон. Определенно занятный, но не в данный момент. К тому же, если подобные инцеденты повлияет на

0


Вы здесь » Portas Inferi » Все о Нас » Hao Hasashi