Portas Inferi

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Portas Inferi » Все о Нас » Sinnister Jaden Rhys, 40


Sinnister Jaden Rhys, 40

Сообщений 1 страница 10 из 51

1

Sinnister Jaden Rhys
● David Gandy.

https://i.imgur.com/JZrH359.gif https://i.imgur.com/5hMANib.gif


Синнистер Джейден Риз, 40


— Иногда мне кажется, что мы самая плохая семья в городе.
— Может нам стоит переехать в город побольше?

Сидней, Австралия

агент интерпола, психолог-профайлер

ориентация на все, что движется


Никогда не понимал этого прикола, когда тебе стучат в дверь на рабочем месте. Особенно, когда ты сидишь в кабинете, чьи стены сделаны из стекла и стучащему видно все, что происходит внутри. Есть кто, нет кого, и разговаривает ли хозяин этого самого кабинета по телефону. И вот ты сидишь, перебирая кучу бумаг, которые тебе подсунули, чтобы не скучал, и этот хороший человек подходит к твоей двери, - что ты прекрасно видишь, - заносит руку над стеклом и....
- Постучишь, останешься без руки, - собственно, не отрываясь от записей и никак не обозначая факт того, что я его заметил, процедил сквозь зубы. А на лице такая милая форма улыбки, которая бывает только у маньяков в кино. Тех, которые самые порядочные.
- Ты же занят, - раздалось от проема. Стоило двери открыться, как кабинет заполнила какофония звуков снаружи. Да неужели, я занят? Хотелось поинтересоваться, но только хмыкнул.
- Никогда не замечал, что ты левша, - продолжал этот милый человек. И да, знакомьтесь - Эрик, моя персональная головная боль. Один из старших помощников нашего шефа, а попросту говоря - секретарша, мнящая из себя невесть кого. Пробиться в оперативники ему так и не удалось, поэтому он предпочитал портить жизнь всем вокруг себя другим способом. Хотя иногда я ловил себя на мысли, что надо бы его все-таки отправить на полевую работу, куда-нибудь на северный полюс, искать таинственных русских хакеров, засевших в таких же секретных русских базах.
- Я амбидекстр.
- Что?
Я снял очки и потер переносицу, откладывая ручку, а потом посмотрел на него в упор.
- Говорю, что могу набить твое прекрасное личико обеими руками одинаково, - и в подтверждении слов, я вновь принялся вычеркивать и обводить нужное в блокнотах перед собой, но уже другой рукой. Это была очень хорошая наследственность, пожалуй. Хотя, кого я обманываю? Просто с детства не мог терпеть ущербность владения одной рукой. Что тут поделать?
- Ты, как вижу, в прекрасном расположении духа, - искренне, - очень фальшиво, - недоумевал Эрик. И я даже не знаю, чего мне хотелось больше: придушить его, или трахнуть, а потом придушить. Нет, ну а что, в целом он был даже ничего. Вот только, как по мне, слишком фиалистая фиалка, если хорошо подумать. И стоит ли с такими связываться?
- Зачем ты пришел? - снова начиная игнорировать его пребывание у моего рабочего места, поинтересовался я.
- К нам приехали наши коллеги из Штатов. Так что у меня для тебя две новости: хорошая и плохая.
Выдержав поистине театральную паузу, со всеми вытекающими и не дождавшись моего взгляда, секретарша продолжила.
- Ты едешь в Нью-Йорк, работать под прикрытием. Не слишком чистый на руку предприниматель, который в свободное от работы время ебет шлюх, подрабатывает в сфере порно и доставляет в Штаты рабов. Ну, для фильмов. Знаешь, все эти иммигранты, приезжающие за мечтой и попадающие в кабалу к местной мафии.
- А плохая новость? - демонстративно зевнул я.
- Это и была плохая новость. Хорошая, у тебя новый напарник. Из ихних. Ну и команда спецов, весь этот маскарад образующая.
М-да, думал я, усмехаясь под нос, у тебя конечно прекрасная привычка расставлять приоритеты. Особенно, когда дело касалось агентов Интерпола. Парень считал, что фраза про секс со шлюхами, должна иметь вес, учитывая мое семейное положение, да и в целом это прикрытие было тем еще подарком. Вот только малыш Рикки постоянно забывал, с кем имеет дело. А уж о том, что я не особо жалую американцев, периодически забывал. Ну или не забывал. Последние меня тоже очень любили, еще со времен войны в Ираке. Что-то, как-то не сошлись взглядами во время тех событий. Никого из армии с позором не вышибли, но осадочек остался. Ну, кто бы сомневался.
- Я так полагаю, сейчас ты скажешь, что они ждут меня уже минут сорок в кабинете шефа, а я тут зад просиживаю? - демонстративно складывая документы стопочкой, и оббивая краями об стол, чтобы листы встали на место, оскалился я в очередной улыбке. Эрик на это только состроил гримасу, из которой можно было делать вывод, что он нихера не раскаивается, и вообще не причем, это я же делаю вид, что мне на него плевать. А спросил бы сразу, он бы сразу и ответил. Где при этом около получаса шлялась сама секретутка, можно даже и не спрашивать.
- Шлюшка, - совершенно беззлобно прокомментировал я под нос, оставляя все на столе, и выпроваживая Эрика за дверь, запирая ту на замок. Никогда не любил, что кто-то копается в моих делах, пока меня нет. Что поделать, секретность и конфиденциальность. И, конечно же, это было описано в огромном соглашении о неразглашении в тот момент, когда меня брали на работу. Коллега сделал вид, что не услышал или правда не услышал этих слов, убегая нервировать кого-нибудь другого. Иногда мне казалось, что он мазохист, который хочет получить по какой-нибудь особо важной части тела, но потом понимал, что это просто человек такой. Идиот, проще говоря.
- Ян, ты сам себя загнал в это положение, поэтому веди себя соответствующе...
- Я знаю, но это не уменьшает того факта, что он - тупой вояка.
Примерно такие обрывки из разговора долетели до меня, стоило открыть дверь шефского кабинета и зайти внутрь.
- Кто тупой вояка, ты что ли?
Я осматривал гостей из Америки, понимая, почему один, более молодой голос, казался мне знакомым. С этим человеком мы уже встречались. Очень и очень давно. Подкатив к себе стул и сев на него верхом, благо ручки отсутствовали как таковые, я продолжал смотреть на Яна, от которого меня отделял стол.
- Это как раз наш агент, - устало вздохнул шеф. - Джейден, не начинай.
- Как скажешь, - только пожал плечами я.
- Я все же надеялся, что это не ты, - раздалось с другого конца стола. - Но нет, опять...
- Ты все еще не можешь забыть, как я тебя от сирийцев спас или о нашем споре про индейцев и абориген?
Если бы мог, американец меня бы взглядом прибил. Готов был спорить на что угодно, в тот момент он жалел, что у него нет зрения, как у Супермена, чтобы прожечь во мне несколько дырок. Кажется, поэтому мы тогда и спорили, собравшись на совместный брифинг. Он очень быстро вскипал и так же быстро остывал, как оказалось в итоге. Сразу после того, как врежет тебе по физиономии от души.
- Так вы знакомы? - произнес, по всей видимости, начальник из США. Кажется, его звали Райс. Поворочав эту фамилию между полок в уме, я вспомнил о нем некоторые подробности. В целом выходил очень даже ничего дядька с именем - Филипп Райс. В отличие от нас - вояк, он был копом, и им же и остался, даже попав в Интерпол. Хотя, буду честным, полицейские, как и военные, редко меняют свои привычки и вероисповедания в плане поимки преступников.
- Да, - кивнул я, - мы служили в Ираке в 2004-2005. У нас было пара совместных операций, по спасению заложников. Надо сказать продуктивных.
Можно было добавить, что частично продуктивных, так как, даже не видя рук будущего напарника, я знал, что одной кисти у него нет. Он, кажется, в этом меня не винил, но опять же, осадочек остался. Что до меня, я считал, что если он остался жив после всего этого и не спятил, то значит, жизнь удалась. Ну а кисть, люди и без большего живут.
- Мы сработаемся, - произнес Ян. Я посмотрел на него, изогнув бровь. В том, что нам придется сработаться, я не сомневался, но не думал, что американец согласится так быстро. Вернее, сдастся так быстро. Но, а так как спорить я тоже не особо хотел, просто кивнул, подтверждая эти слова.
- Так что там про прикрытие?
Разговор и так почти шел не о чем, поэтому пора было направлять его в более продуктивное русло, учитывая что на все том же столе, лежали пачки бумаг, на которых, по всей видимости, были распечатки задания. Американцы как-то сразу заметно расслабились, переходя к делам более насущным. В целом, учитывая специфику работы Интерпола, я знал, в чем кроется дело. В местных мафиозных группировках и семьях, промышляющих работорговлей. Конкурентов они не любили, и это можно было понять. Никто не любит, когда на сцену врывается темна лошадка. Оценивая степень моего прикрытия, я не мог понять только одной вещи:
- Вы что, решили использовать меня уже в самом начале этой операции? - глядя на очередное фото, поинтересовался я. Камера, к слову засняла меня во время одного из прошлых заданий. То есть по факту, наши добрые коллеги, использовали и мои прошлые прикрытия, для составления истории.
- Ты достаточно наследил в прошлом, плюс это все сходилось с историей про твое отсутствие в Штатах на месте. А Ян, как твое самое доверенное лицо, присутствовал на встречах.
- И тут, я все же внезапно нагряну с визитом?
- Мы думаем, это даст им, наконец, возможность от тебя избавится. Учитывая, насколько ты неуловим и печешься о собственной безопасности. Мы даже имя оставили твое - Синнистер.
- Это вторая фамилия, - на ходу поправил я, а видя не понимая со стороны коллег, пояснил. - Вторая фамилия, или как вы это называете - прозвище. То есть по факту меня должны звать Джейден Риз Синнистер.
Кажется, это только больше запутало американцев, поэтому я только рукой махнул. Просто уже привык к тому факту, что приезжие не понимают, почему прозвище становятся частью нашего имени. А все же просто - чтобы телефонный справочник не превратился в огромный перечень клонов, с одинаковыми именами и фамилиями. В моем случае, именно прозвище чаще всего звучало в подставных делах, поэтому я не особо заморачивался по поводу того, каким по счету оно должно стоять в паспорте. Да и все знакомые вокруг звали меня так, часто забывая, как меня зовут на самом деле. Даже, как-то неловко.
- Не важно, - махнул здоровой рукой Ян, продолжая вводить меня в курс дела. Я же просто продолжал перебирать списки, цифры и таблицы, распечатанные в файлах. Кто-то подходил к делу очень основательно, но меня все еще не радовал тот факт, что они могли бы и меня держать в курсе, чтобы в итоге мне не пришлось, как сейчас, штудировать свою биографию за одну ночь. Конечно, я утрирую, о мою бренную тушу эти двое хотели видеть в Нью-Йорке уже через недели две.
Возвращаясь домой уже далеко за полночь, я ожидал, что все спят. По крайней мере, надеялся, потому что хотелось жрать, спать и все прочие радости жизни, которые можно получить дома. Но нет, в кухне, сгорбившись над столом, сидел двадцатилетний детина, с очередными детскими проблемами.
- Ты не спишь по какой-то важной причине или просто ночной жор напал?
Сын встрепенулся, поднимая лицо от стола. Учитывая, что одет он был в дневной костюм, то сам собой напрашивался вывод, что сидит он здесь уже достаточно долго. Из его малопонятного бормотания, которым сопровождался подъем головы, я понял только одно:
- Мать тоже не спит.
Эта новость мне понравилась, поэтому хохотнув, я подался назад от дверного косяка, на который опирался, сложив руки на груди.
- Дорогая, я дома! – крикнул в стороны лестницы. – И если у тебя любовник в постели, то у него два варианта: либо я поднимаюсь, а его уже след простыл; либо я присоединяюсь к вам!
- Отец! – вопреки ожиданиям, сверху послышался не приятный голос жены, а глубоко недовольный младшего сына, который был как раз в том возрасте, когда всякого рода эксперименты считались нормой.
- О, так это младшенький подружку в дом притащил? – сын пожал плечами и снова что-то пробормотал. – Что не подружку?
Я наблюдал за передвижениями сына по кухни. Наверное, и слепой бы увидел его реакции на наши отношения с женой, вот только было одно «Но». Он родился в самом их начале и собственными глазами видел их развитие. Поэтому, оставалось только гадать, что же такое внезапно впилось в светлую голову моего старшего сына.
- А если там никого нет? – жена подкралась незаметно и обняла со спины. Иногда, будучи на заданиях я забывал, как я по таким вот объятиям скучал. И только дома удавалось стать собой. Не кем-то там, рожденным только на бумаге, а именно собой.
- Пойдем спать, так как моя голова лопается от обилия информации.
- Новое задание? – я только кивнул, перехватывая ее руки и целуя пальцы. – Снова будешь мне изменять?
- Конечно, - рассмеялся я, качая головой. – Как и всегда. Ты, я думаю, будешь заниматься тем же самым.
- Хватит! - Старший хлопнул дверью холодильника, получая два вопросительных взгляда в свою сторону.
- С каких это пор, тебя беспокоят наши с матерью отношения?
- Это не нормально, - только и пробухтел он, проносясь мимо и скрываясь в глубине дома. Когда хлопнула дверь, я только почесал подбородок.
- Иногда, тебе стоит выключать тупого солдафона, - произнесла жена, входя на кухню и начиная убирать посуду за отпрыском. – И становится тем, кто ты есть по профессии.
- Знаешь, мне казалось, что мы еще в момент его рождения решили, что лучше не компостировать детям мозг психологией. И благодаря этому, дети наши растут вполне себе состоявшимися людьми, у которых нет проблем с половым воспитанием.
Я опустил руки, понимая, что просто так спать мы сегодня не пойдем. По крайней мере, не сейчас. Пришлось нести свою бренную тушу до ближайшего стула и опускать на него свою задницу. Мою семью начинало что-то беспокоить, и вот надо было так сложиться, что накануне отъезда.
- Только не говори, что и тебя беспокоит наш брак, которому, к слову, уже двадцать лет.
- Нет, - жена рассмеялась. – Меня все устраивает. Если ты не забыл, то даже в наших клятвах было что-то про равноправное и свободное сношение с любым, кем захочется.
- Именно поэтому в первую брачную ночь, мы проснулись с двумя подружками невесты и шафером? – припомнил я, те далекие времена, когда мы оба учились в универе. Нас как-то не беспокоил тот факт, что еще немного, и я собирался все бросить на полпути и свалить в армию. Уже тогда мы оба знали, что в силу своего характера никогда не будем верными. По крайней мере у нормальных людей, это называлось так, а в нынешнем времени обозначилось, как свободные отношения. Мы любили секс во всех его проявлениях, и останавливаться на одном партнере было выше наших сил. Мы любили друг друга, что было незыблемым, ну а физическое ее проявление, было не сутью.
- Они были не против, - только и развела руками эта удивительная женщина. – Но вот нашему сыну, так не повезло.
Пришлось закатить глаза с видом: а я тебе говорил. В отношении моих детей, у меня было только одно правило – живи так, чтобы люди не поимели тебе мозг. Что, в общем-то, было не так просто. Именно поэтому, с самого начала я как-то скептически относился к женитьбе сына с дочерью церковника. Она была красивой, умной и… набожной. И именно это вызывало вопрос. Несмотря на всю закрепощенность детишек в наше время, были и те, кто подстраиваться под новые реалии не мог или не хотел. Отчего порой происходила взрывная реакция.
- Он взрослый мальчик, - наконец изрек я, но получил один из убийственных взглядов. – К тому же, что я ему скажу? Брось ее? Ладно, не смотри на меня так, поговорю утром.
Иногда хотелось действительно быть тупым солдафоном, чтобы реально не понимать, что происходит вокруг, а не просто делать вид. Но для этого стоило вернуться на несколько десятков лет назад, и полностью перечеркнув это настоящее, начать новое. Вот только – а было бы оно настолько уж другим?
- Ты хороший отец, - пробормотали куда-то в макушку, получая улыбку в ответ. – Так что там с заданием? Почему мне кажется, что ты чем-то не доволен?
- Ты просто знаешь меня, достаточно хорошо. Мне придется уехать в Америку через пару месяцев, неизвестно насколько.
- Ты,.. в Америку?
- Ну, да, только представь это. А еще там будет Ян, постоянно где-то рядом.
- Это же тот морпех, которого ты спас, да? – Сопоставила она все услышанное. Мы могли составлять диалог при помощи двух слов, но все равно понимали друг друга. – Ну, так это же хорошо.
- А еще, я, кажется, буду порно продюсером, который торгует людьми. А когда я шел работать под прикрытием, то представлял все немного по-другому.
- Это жизнь. И пока ты оставляешь все эти личины, где-то там, я спокойна. К тому же, найди мне еще того, кто похвастается такими насыщенными моментами в жизни!
Наш смех наполнил кухню. Работать, чтобы возвращаться к размеренной жизни, было очень хорошим стимулом. Возможно, в глазах других, вся наша семья была ненормальной, но какая разница? Никогда не понимал этого прикола, лезть за чужие закрытые двери.
- Пошли спать, - произнесла жена, оказавшись на моих коленях, прижатая спиной к столу. Я использовал ее в качестве большой подушки-обнимашки, качая головой.
- Не-ет, надо было идти раньше. А теперь я буду делать это здесь.
- Это?
- Спать!

Кратко по годам, если кому-то лень читать всю эту графоманию:
- 1980 - родился.
- 1985 - пошел в школу.
- 1998 - окончил школу.
- 1999 - поступил на бакалавра психологии.
- 2000 - женился и родил старшего сына.
- 2002 - окончил бакалавра и ушел в армию.
- 2004 - прям перед самым отъездом в Ирак заделал второго сына во время увольнительной.
- 2004-2005 - участвовал в войне в Ираке.
- 2008 - вернулся из армии, пошел доучиваться.
- 2010 - доучился, пошел работать по профилю в полицию.
- 2013 год и дальше - работает в Интерполе.
- начало 2019 года, был ранен во время операции и получил шрам на спине. Полгода занимался бумажной волокитой.


связь выдам в лс. Оно работает и меня устраивает

0

2

●  Напарник, который периодически стучит мне по голове и не только.

https://66.media.tumblr.com/c33145f089ab72e0663162e6f45169c5/tumblr_oz9o7pArQ11v9r8dpo1_500.gif

имя: Ян (фамилия на усмотрение, имя не поменять, только если придумать альтернативу, которая сокращается до Яна)
возраст:  ~40.
род занятий:  агент Интерпола. Военный в прошлом.
внешность:  Gideon Emery only (!)
ориентация: когда-то в 2004-2005 был би.


If you had this time again. Would you do it all the same? I wonder? Oh, would I?

● a b o u t

/// about you


Когда я писал анкету, предполагал, что это будет НПЦ, но потом я вспомнил про этого шикарного мужика и все сложилось само собой. На самом деле, я без понятия, какой Ян на самом деле, помимо того, что между ним и Синнистером постоянная конфронтация секс на взаимной ненависти ахах. Когда-то давно, они воевали в Ираке вместе, а потом так получилось, что лет 15 не виделись и тут так удачненько совместная работенка.
А еще у него нет одной руки (кисти вернее), это вина Синнестера, но не то чтобы их обоих это беспокоило. Типа, на войне всякое бывает. В целом скорее спокойный, рассудительный и повидавший на своем веку, мужик.

То, что было про него в моем био:

- Ян, ты сам себя загнал в это положение, поэтому веди себя соответствующе...
- Я знаю, но это не уменьшает того факта, что он - тупой вояка.
Примерно такие обрывки из разговора долетели до меня, стоило открыть дверь шефского кабинета и зайти внутрь.
- Кто тупой вояка, ты что ли?
Я осматривал гостей из Америки, понимая, почему один, более молодой голос, казался мне знакомым. С этим человеком мы уже встречались. Очень и очень давно. Подкатив к себе стул и сев на него верхом, благо ручки отсутствовали как таковые, я продолжал смотреть на Яна, от которого меня отделял стол.
- Это как раз наш агент, - устало вздохнул шеф. - Джейден, не начинай.
- Как скажешь, - только пожал плечами я.
- Я все же надеялся, что это не ты, - раздалось с другого конца стола. - Но нет, опять...
- Ты все еще не можешь забыть, как я тебя от сирийцев спас или о нашем споре про индейцев и абориген?
Если бы мог, американец меня бы взглядом прибил. Готов был спорить на что угодно, в тот момент он жалел, что у него нет зрения, как у Супермена, чтобы прожечь во мне несколько дырок. Кажется, поэтому мы тогда и спорили, собравшись на совместный брифинг. Он очень быстро вскипал и так же быстро остывал, как оказалось в итоге. Сразу после того, как врежет тебе по физиономии от души.
- Так вы знакомы? - произнес, по всей видимости, начальник из США.
- Да, - кивнул я, - мы служили в Ираке в 2004-2005. У нас было пара совместных операций, по спасению заложников. Надо сказать продуктивных.
Можно было добавить, что частично продуктивных, так как, даже не видя рук будущего напарника, я знал, что одной кисти у него нет. Он, кажется, в этом меня не винил, но опять же, осадочек остался. Что до меня, я считал, что если он остался жив после всего этого и не спятил, то значит, жизнь удалась. Ну а кисть, люди и без большего живут.
- Мы сработаемся, - произнес Ян. Я посмотрел на него, изогнув бровь. В том, что нам придется сработаться, я не сомневался, но не думал, что американец согласится так быстро. Вернее, сдастся так быстро. Но, а так как спорить я тоже не особо хотел, просто кивнул, подтверждая эти слова.

/// about me


Тут я мог бы расписать целый сюжет, который у меня есть на этих двух персонажей, но не буду. Но он есть, причем длинной лет в двадцать, с движухой, драмой и прочими радостями жизни. Все на месте расскажу, так как привык объяснять задумки непосредственно в момент разговора, в результате которого и рождается сюжет из концепта.

А еще этот чувак озвучивал Фенриса в Dragon Age 2! Я не шучу...вот вам и Puppy Eyes! но залипаю я на его офигенные руки


связь [гостевая | лс]

0

3

Твоя работа ничего не стоит, если по ее окончании ты не чувствуешь ничего. Ни радости от самого факта, ни адской усталости после трудовых будней. А о том, что с тобой что-то не так, беспокоятся те, кому по определению должно быть насрать. Никогда не понимал этого прикола, когда тебе приписывают то, чего нет. Кажется, под это прекрасно подходила фраза про бревно и глаз, но совершенно не помню, как она звучит. Радовал только тот факт, что скоро предстояло вернуться домой, пока что наслаждаясь шикарным пентхаусом. Ну, или я так думал, докуривая очередную сигарету и отсылая ее щелчком с высоты выше птичьего полета.
- Я думал, мы все выяснили, - где-то в глубине квартиры хлопнула дверь и на этот звук я и обернулся. Вот только передо мной стоял не тот, кого я ожидал увидеть. Пацан, лет двадцати пяти, не больше, чье появление вызывало вполне закономерную реакцию. - Ты еще кто?
- Ваш напарник на ближайшее дело, - получив еще более охреневший взгляд, малец продолжил. - В связи с вашей ситуацией и кое-какими обстоятельствами, нам с вами поручили задание. Тут все подробности. Ну или почти все.
Он потряс папкой в руках, пытаясь привлечь мое к ней внимание. Получалось, не очень, так как я пытался понять одну вещь. Сколько еще времени я пробуду в Америке!?
- Мы же будем работать с копами? - Пытаясь вернуться из блаженного состояния тупого мужлана, поинтересовался я.
- Да.
- И куда ты торопишься?
- Что?
- Ты постоянно давишь в себе порыв повернуться к двери и уйти, перебираешь пальцами по папке и бегаешь глазами. Куда ты торопишься?
- Нас ждет труп, новый. Именно...
- С этого надо было начать, - хватая куртку и сбегая по лестнице, прервал я дальнейшие рассуждения. И кто в современном мире учил новичков расставлять приоритеты? Уж точно не кто-то мало мальски здравомыслящий.
- Я ждал, пока вы переварите информацию, - он торопился следом за мной, отставая на пару шагов. Даже в лифт заскочил до того, как двери начали закрываться.
- Уже переварил и пока я буду вчитываться в этот тухляк, ты будешь стараться добраться до места, как можно скорее. Минуя эти гребаные пробки.
В том, что дело - тухляк, я не сомневался. Ну просто потому, что американские коллеги теперь не любили меня еще больше, и переубеждать их в этом я не торопился. О том, что сейчас это походило на крайнюю стадию мазохизма, умолчу, так как у них должны были быть причины сунуть это дело мне. По другому, не могло быть. Либо же я был слишком ЧСВшной сволочью. Но все же, это был тухляк.

0

4

Видимо, сегодня жизнь любила не только меня, но и коллегу по цеху. И дело было даже не в том, что на него обрушился такой вот я с кучей данных. Пришлось подавить в себе всякий настрой ехидничать, потому что убраться из этого места спешили все: и он, и я, и остальные креминалисты. А если нет – то это первый наш подозреваемый, так как не могу себе представить хоть мало-мальски нормального человека, который захочет остаться на месте этого преступления дольше, чем то необходимо. Уж проще потом в секционной рассуждать кто-как-зачем и почему, чем непосредственно здесь. Никогда не любил запах смерти, привык конечно, но любить не начну.
- Возможно, - только покачал головой я. Это было бы прекрасно, а лучше бы на чем-нибудь из ближайших поверхностей обнаружили улики, указывающие на убийцу. Но кто собирается нам жизнь облегчать?
- Значит, надо будет встретиться еще с этим Ридом. – В голове завертелись мысли о том, что первая ли это жертва в этом городе или нет? В деле ничего такого не было, поэтому можно было рассчитывать на то, что все-таки первая.  Что касалось предстоящего будущего, то только оптимист сказал бы, что клянется остановить сумасшедшего. – Если быть реалистом? Не последняя. Но я надеюсь, что хотя бы дальше США мы его не пустим.
И даже это был оптимальный вариант. Жизнь такая штука, когда ты хочешь одного, но она выдает тебе вот это поворот! И остается надеяться только на то, что вот это поворот будет касаться личности убийцы. А пока я даже не мог сказать, кто это делает: мужчина или женщина? Или убийца вообще не один? Нет, тут я был уверен, кто бы это не делал – он один. Я осмотрел место преступления еще раз, решив, наконец, закончить курить. Милх так и не начал смолить, а я уже достаточно привык к окружению.
-  Скорее всего – да. – Согласился я. – Да и если подумать, то наш убийца тот еще затейник, каждое место преступления обставлено по-новому. И если мы поймем, чем он руководствуется, устраивая такое, то поймем, кого он будет искать дальше. Но я вел к тому, что скорее всего он убивает жертву заранее и возможно на место привозит ее уже на тросах.
Стараясь больше не на что не наступить, прошел под веревками и остановился там, где было больше всего переплетений, предполагая, что это центр. Картинка что-то напоминала, но я никак не мог понять, что именно, так как все поле зрения не охватывало ее.
- Нет, - я посмотрел на детектива, ловя его взгляд. – Меня, как и вас только подключили к делу. Я до этого почти полгода проработал под прикрытием. Но, полагаю, сюда меня отправили, потому что моя специализация составлять профили убийц. Хотя, честно говоря, лучше бы я свалил еще вчера.
Если он надеялся, что я знаю намного больше, то ошибался, хотя это чувство мне не нравилось ровно настолько же, насколько не нравились места преступлений. То есть, конечно, очень интересно было копаться в мозгах маньяков и находить причины их поведения, но бонусы были вот такими.
- Кто-нибудь залезьте на второй этаж и сфотографируйте мне всю площадь оттуда. – Я переключил внимание на главного судмедэксперта и указал на дыру в потолке, которая была над нами. Или правильнее было сказать, что там был маленький островок пола, оставшийся от здания?
- Риз! – второй интерполовец почти влетел в шатер, но почти так же быстро вылетел. Возможно, хотел поблагодарить меня за то, что я оставил его у оградительной ленты. Вот честно, лучше бы там и оставался.
- Это мой «напарник, - пояснил я Мильху. – Временный, надеюсь. И у меня есть подозрение, что он знает больше, чем написано в этой папке. На что это похоже?
Я помахал делом, которое держал в руках, а потом снова указал на паутину из ниток над собой. Вот бывает такой момент в жизни, когда одна единственная мысль крутится в голове, но ты не можешь ее поймать и она зудит и зудит. Что интересно, фотографии, прикрепленные к делу, у меня таких мыслей не вызывали. И в этом состоял самый большой минус подобной работы – не всегда удавалось увидеть все и нетронутое.
- Любите устраивать постановки, Уве? – с улыбкой поинтересовался я у него. Понимая, что нам скорее всего придется воссоздавать прошлые места убийств, чтобы хоть что-то понять.

0

5

Работать под прикрытием мне нравилось однозначно больше, чем работать с маньяками. Конечно, трупов хватало и там и там, вот только мафия обычно предпочитает пускать пулю в лоб или затылок, а не разбрасывать куски тела по определенной территории. Да и сейчас, я имел счастье жить в большом пентхаусе на Манхеттене, пить дорогой алкоголь и курить сколько вздумается. Возможно, кому-то это не нравилось, но кому какая разница, если ты достаточно известный на этот момент работорговец, который для души занимается тем, что снимает порно? Могу позволить себе и не это, платить все равно придется другим.
В то утро ждало как раз таки занятие для «души». Мне оно не особо импонировало, но уж чего прописали, тому и рады, бывали прикрытия и хуже. Стоило сказать Яну спасибо за то, что он хотя бы педофилом не сделал. А ведь, наверное, мог. Я бы смог, пожалуй. Хотя бы чисто из желания посмотреть, как он среагирует. Давя в себе очередной приступ смеха, я  все-таки вынес бренную тушу из дома, минуя все опасные участки этого здания. Возможно, правы были коллеги в том, что жить под носом у врага – опасно. Честно? Ни сколько. Если ты просто боишься сдохнуть, то у тебя больший шанс помереть от эпидемии вируса или под колесами машины. Вот, правда.
- Куда мы? – я посмотрел на водителя, изгибая брови. В теории, он обязан был знать такую простую вещь, как мое расписание, но вот, поди ж ты. Решив позже поговорить с одной личностью по этому поводу, просто назвал адрес. На самом деле, я при всякой возможности старался держаться подальше от этого края дела, но все же иногда приходилось.
Вы когда-нибудь задумывались, как выглядит здание, в котором снимают комнаты для нужд определенного характера? Да? А теперь забудьте, ибо все обычно снимают в отелях класса пониже, а главное не с почасовой оплатой, так как экономия – наше все. К моему счастью, в нашем деле, мы могли себе позволить что-то более интересное, нежели захудалый отель с призраками и прочими радостями жизни, где тебя обратят в нежить быстрее, чем успеешь съемку начать. В данном случае было выбрано здание, которое уже построили, но квартиры или номера сдавать не начали, но так как бюджет нужно было отбивать, то соответственно и привлекались всякие. Если бы кто-нибудь мне сказал, что я называю себя не иначе, как всякими, то этот человек уже бы плавал в Сиднейском заливе. Хотя о чем это я? Меняя целый ворох личин, у тебя просто нет иного выбора, как узнавать про себя что-то новое.
- И что это в итоге будет? – поинтересовался я у водителя, выходя из машины и осматривая здание.
- Апарт-отель, кажется. А что?
- Ничего, просто спросил.
Мимо нас пробежала девушка с кофе в руках и скрылась за дверьми входа. Она была достаточно красива, чтобы быть актрисой, но так же достаточно мила, что бы я всеми силами старался уговорить небезызвестные силы о том, что она тут по другой работе. Возможно, на деле я был двуличным мудаком, но иногда совесть давала о себе знать. «Пока ты оставляешь все это за дверью моего дома, все в порядке», почему-то вспомнилось мне. Только покачав головой, я зашел в здание, отмечая, что кажется моя вторая мысль была услышана.
- Кто сегодня еще здесь что снимает?
Иногда, мне начинал надоедать этот ворох помощников, который сопровождал меня везде и всюду. Кажется, я должен был быть параноиком, а не мужиком с собственным гаремом. Собрав в охапку троих, и приказав ждать в холле, я взял четвертого, ожидая ответа от него и направляясь к лифту.
- Да не так уж и много кого, а нам надо это знать?
- Возможно, и не стоит, - пожал я плечами. Все эти игры в шпионов иногда доходили до абсурда даже по моим меркам.  Я не сомневался, что у нас есть все данные и на дом, и на съемки и на каждого, кто будет в этом здании сегодня. Скоро все должно было закончиться, так почему я все еще вообще что-то делаю?
На месте оказалось всего-навсего ни черта. Ну почти ни черта, учитывая камеры и прочую мишуру. Видимо, происходящее «радовало» не только меня.
- Я так понимаю, вы тут совсем охерели? – громко и злобно усмехнулся я. – Где все?
- Будут позже, опаздывают.
Я стоял с лицом лица, понимая, что день этот точно какой-то не такой. Или же, его наоборот можно было считать нормальным? Как это вообще работает?  Я рассуждал об этом, привалившись к косяку двери и глядя куда-то в одну точку. Люди вокруг меня начали мельтешить, что скорее всего привело бы к головной боли, нежели каким-то продуктивным результатам. Все сильнее и сильнее хотелось убивать, но был один вариант развития событий, который полностью устраивал меня, но скорее всего не устроит их.
- Работайте, - бросил я, игнорируя все попытки, как-то преградить путь или доказать, кто здесь прав а кто нет. - Я пойду посмотрю, чем там соседи занимаются, раз у вас ничего нет. Можете даже заканчивать без меня.
Да, я хотел тупо сбежать из всего этого дурдома, найдя для себя прекрасный предлог. Ту самую девушку, которая прошла мимо раньше. Вот могу спорить на все, что угодно, что там будет поинтереснее, чем здесь. Ну а что? Просиживать задницу я и в пентхаусе могу.
Номера в отеле, не особо отличались друг от друга, и от своих собратьев, которые уже служили человечеству верой и правдой. То есть они были достаточно убраны для того, чтобы выглядеть прилично, но не достаточно, чтобы у тебя не возникло ощущения, что здесь кто-то уже был. Ровно так же было и этажом ниже, где расположилась толпень людей, которая снимала не то рекламу, не то еще что. Мимо них было трудно пройти, так как техники расставляли аппаратуру, которые носили туда-сюда. Именно поэтому, сделать вид, что шел мимо получилось как-то не очень.
- А, вот и ты.
Прежде, чем я сумел среагировать, а так же не вывернуть в наглую схватившую меня руку, меня потащили внутрь, через лабиринт той самой аппаратуры, в компанию к... ладно, допустим, человек с фотоаппаратом - фотографу, девушка - модели, а остальная куча народа - ассистентам.
- Вот, прислали его.
- А я мо...
Конечно же, я не мог, потому что большая часть разношерстной компании уже во всю что-то обсуждала, поглядывая на меня, а я в свою очередь решил осмотреться. Убивать меня тут вряд ли кто-то будет, поэтому была возможность порадоваться обществу обычных людей. Ну как обычных..
- Мне казалось, вы тут рекламу снимаете, - обратился я к той самой девушке с кофе, которая сейчас выглядела более сексуальнее, чем около часа назад. И дело было не только в ее одежде, которая представляла собой что-то среднее между платьем и верхней одеждой. А еще оно было кожаным, но при всей своей экстравагантности не смотрелось вульгарно. Ну знаете, тот тип девушек, на который одень все, что угодно и оно будет смотреться шикарно? Вот примерно такая сейчас стояла передо мной.

0

6

При упоминании больницы меня передернуло, что отразилось на лице явным нежеланием там оказываться. Но, другого пути видимо не было. Наверное.
- И долго он там еще проваляется?
Учитывая, что детектив находился в этом месте многим дольше меня, то ему вполне можно было дать медаль уже за то, что он держался. Но задерживаться дольше, чем оно нужно не следовало. В конце концов, эти останки мы будем еще лицезреть. Не развешенными, но суть-то не менялась.
— надо прогнать по базе данных жертвы с предыдущих мест, быть может они имели что-то общее, а пока это выглядит как... ну не знаю, " я художник я так вижу".
- Добро пожаловать в мой мир, - только усмехнулся я, имея в виду последнюю часть его фразы, так как еще ни разу мне не попадалось дела, в котором все было кристально ясно. Даже один знакомый, повернутый на культуре народов Африки, при дальнейшем изучении преподносил сюрпризы.
- Без понятия, ибо вижу этого человека первый раз. – Пожал я плечами на чисто риторический вопрос. – Возможно, он просто из тех, кто не переносит подобного. Ну, чисто не потому что слабак, а физиология такая. Но думаю, можно его похвалить за то, что он вышел, а не блеванул прям на месте. Пришлось бы бодаться с судмедами. Они такую хрень не любят.
А вот в том, что к такому достаточно трудно привыкнуть, Мильх был прав. То есть со временем ты можешь привыкнуть ко всему: и к дерьмовым прикрытиям, и к тому, что люди любят создавать себе проблемы, к тому, что смерть – обычная фаза жизни и все смертны; ты приспосабливаешься к тому, насколько все плохо, стараясь побыстрее забыть, приспосабливаешься быть нормальным. Но вот привыкнуть к обрубкам, которые остаются от людей после подобного – неа. Смерть не бывает красивой. Не в нашу смену.
Я снова посмотрел на паутину, пытаясь увидеть там выше озвученных животных, но ни черта, что начинало выбешивать. Долбанный комплекс спасителя вылезал наружу именно в тот момент, когда его не звали. И спрашивается – за что?
- Главное, чтобы это был один человек, - пришлось открыть папку на весу, удерживая выпадающие из нее материалы дела. – Вот тут, тут и тут, - я показывал на фотографии, оказавшись снова рядом с ним. – Одна часть тела принадлежит кому-то еще. То есть либо он их частями меняет, либо была еще она жертва.
- Ну, - улыбаясь, протянул я. – Нам потребуется много манекенов, веревки, а так же парочка судмедов, которые будут помогать, будем устраивать Сайлент Хилл.
Мы вышли из-под тента на свежий воздух. Черт, такое происходило каждый раз. То есть я понимал, насколько тяжело дышать внутри, но не на столько, когда начинал вдыхать относительно чистый с улицы.
- Ну что, начнем с больницы? – поинтересовался я у Уве. В конце концов, город был его, дело тоже, а я был тот хер с горы, которого не ждали, не звали и вообще какого лешего тут нужен не ясно. – Или сначала изучим это?

0

7

Erick Charles Harington

https://i.imgur.com/zfljPqe.gif https://i.imgur.com/86GT2zH.png
David Gandy

имя: Эрик Харингтон, второе имя не терпит, да и первое тоже с горем пополам.
дата рождения: 19.09.1985
место рождения: Лондон
ориентация: би



профессия: дайвер
образование: высшее, техник океанограф
I'm no hero, and I'm not made of stone.
I'm on the wrong side of heaven, аnd the righteous side of hell.

родственные связи: Виктория Харингтон - биологическая мать. Ариадна - сводная сестра.
   
Море он любил с детства. Море означало свободу, без рамок и ограничений. Он с детства любил море, поэтому найти его на каком-нибудь пирсе или пляже – не составляло особого труда. В тот день было также. Вот только он не совсем понимал, зачем сидит на лестнице, которая спускалась к причалу, где ровными рядками были пришвартованы яхты. Между пальцами тлела сигарета, а  другой руке была бутылка. И нет, от алкоголизма он не страдал – в этот день, кажется, у него был повод. По крайней мере, все вокруг только об этом и говорили.
- Харрингтон, - одновременно с упоминанием своей фамилии, он приложился к бутылке, а потом обернулся. Мужик, что стоял за его спиной, был единственным, кто не лез в его личное пространство до той степени, когда хотелось отойти на шаг назад, но гордость не позволяла. Ему было немного за двадцать, и он еще не преодолел подростковые загоны. А еще этот мужик заменял ему маму-папу-брата-сестру и прочих, кого человек обычно встречает на своем пути. Помимо однокурсников, случайных знакомых на тусах, и многочисленных сливок общества на званых вечерах.
- Ты сказал, что бросаешь.
- Лет через пять, не раньше, - откликнулся он, отсаживаясь вбок, чтобы освободить место на лестнице для другого. Он курил по привычке и действительно собирал бросить через пять лет.
- Это когда тебе будет сколько? Тридцать?
- Немного меньше, - усмехнулся парень и передал бутылку. – Так зачем мы здесь? Ты меня сюда позвал.
- Вот, тебе просили передать. – Взамен бутылки ему протянули ключи. Обмен состоялся где-то на половины пути от одного к другому.
- Хочешь сказать, что одна из них моя? – Ответом послужил неопределенного вида кивок, который означал согласие, но не то чтобы этот факт радовал ответчика. – То есть, когда я под стол еще пешком ходил, родственники меня решили отправить в закрытую школу. Потом, когда мне стукнуло восемнадцать, и я пошел учиться в универ – квартиру. Теперь, когда я заканчиваю этот самый универ, они дарят мне яхту. А на тридцатник, что, мне подарят ракету на луну? Какие-то слишком толстые намеки.
Он снова затянулся, пытаясь не засмеяться, но получалось плохо. Именно поэтому, бросив это гиблое дело, он заржал во весь голос. Да, он был совершенно не тем человеком, которого ждала эта высокопоставленная семейка, а попросту говоря – бастардом. Но ему всегда казалось, ровно до этого самого момента, что они все вроде как договорились – он не отсвечивает и никак не показывает своей причастности и получает за это тоже, что и остальные родственники. Но это было как-то слишком. С другой стороны, на что ему было жаловаться, учитывая все эти дорогущие подарки, на которые он не тратил ни пенни. Пора было заканчивать заниматься самокопанием, вот только надо было на что-то переключиться.
- Надеюсь, что кровать там удобная, - задумчиво протянул он, пытаясь понять, который из этих плавучих отелей – его. Зная свою семью, парень мог предполагать, что те могли купить любую. – И лучше бы мне подарили кота.
Кошек, он любил примерно так же, как и море. Особенно тех, которые были большими, пушистыми и добрыми. Их присутствие его успокаивало, особенно когда теплый комок счастья, жался в ночи к боку. И почему никто ему никогда не дарил кошек?
- Буду иметь в виду, - откликнулись откуда-то из-за пределов его мыслей, поэтому пришлось пару раз моргнуть, чтобы сфокусироваться. – Что до кровати – пошли, проверим.
- О, это просто предложение, или тоже подарок?
- Подарок будет, когда институт закончишь.
Он снова рассмеялся. Этого человека он знал почти с пеленок. Кажется, ему было семь, когда он встретил его в первый раз. Тогда, мужику было всего-навсего тридцать. Затем парня упекли в элитную закрытую школу, и они не виделись достаточно долго, чтобы ребенок вырос в бушующего гормонами подростка. И подростка этого надо вытаскивать из каждого приключения, которое выпадет на его задницу. Вторым подарком на восемнадцатилетние, помимо квартиры, был очень холодный душ, в который его втащили за шкирку. Никто не жаловался. Даже когда через неделю они проснулись в одной кровати.
Яхта на деле оказалось какой-то даже слишком большой для одного, а кроватей в ней хватило бы на целую семью или даже больше. Этот факт мало удручал, в отличие от того, что ему пришлось учиться ее водить. Можно было продать, но он все еще любил море. На тридцатник, он получил машину, потому что в семье решили, что все-таки держать его к себе ближе, было лучше. Или же просто пора было признать тот факт, что он в жизни получал то, что любил и был на много свободнее, чем сестра или старший брат, которым заранее расписывали каждый день по часам, и никто не давал им права выбирать свою судьбу. Он опять не жаловался. Да и до работы так проще было добираться.
Сейчас ему было уже немного за тридцать и жил он с котом, периодически выходя в море для того, чтобы не дать ученым утонуть в очередной экспедиции. Курить он бросил в двадцать пять, кота приобрел в двадцать восемь. Кольцом на пальце обзаводиться не спешил, а периодическими связями – пожалуйста. На семейных вечерах его представляли слишком дальним родственником, а он только с улыбкой подначивал кузин на очередную выходку, но дальше шуток дело не заходило. Было слишком много того, чего он обещал себе в жизни не делать.
И это что-то никоим образом не касалось того, что сейчас он сидел на носу своего судна, ожидая двух близнецов, которым обещал показать нечто. Просто так. Без задней мысли.

связь: imelarissai, но лучше сначала в личку.
твинки: мне бы за этого успевать отписывать.

игровые
предпочтения

скорость написания постов: все зависит  от соигрока. Если игра интересная, могу отписать через час после поста соигрока. Но не реже 1-2 раз в неделю.
предпочитаемые жанры: всеяден.

ч и т а т ь

Он сидел в тени второго уровня клуба. Почти прячась в углу, сам не зная от кого. Пожалуй, от самого себя и того факта, что он уже неоднократно сидит в этом кресле и не сводит взгляда с того, кто танцует на сцене. С его рук, которые снимают одежду, с волос, которые хочется намотать на кулак, с губ, которые как он на практике знал до дурмана приятно целовать, с кожи, которая блестит в свете падающих на нее прожекторов. Будь его воля, он бы в этот самый момент забрал танцора со сцены. Не будь он настолько труслив, сделал бы это сейчас. Но нет, он продолжал приходить сюда, только лишь наблюдая и злясь непонятно на кого больше. На себя, за то что не может, наконец, встретится лицом к лицу. На всех окружающих, которые так же наблюдали и желали. Или же на того, кто танцевал. О, да. Было время, когда он ненавидел его. Бастарда своего отца, который едва попав в семью, прошел все круги ада, но единственный, в отличие от остальных, вышел из него сразу и победителем. Он помнил,  как вчера их первую встречу в кабинете отца и тот факт, что теперь этот внезапный брат будет его защищать. Тогда он смотрел в его глаза, бледно карие, как и у отца - глаза скорее хищника, чем обычного человека, - и видел в них полное спокойствие, хотя понимал, что это всего лишь маска. По крайней мере он так считал, исходя из того, что брат должен быть похож на него. Хотя бы чуть-чуть, на ту самую половину, что их связывает по крови. Оказалось, что они действительно похожи, хотя в тот момент, именно он - старший, был на много спокойнее и сдержаннее, чем младший новоиспеченный. И именно сейчас он злился на него просто потому, что тот позволял на себя смотреть. Если так подумать бастард был себе на уме, и это не было удивительно, что он мог пойти на сцену. Чтобы позлить тех, кто его туда отправил. Но по его виду было ясно, что ему это нравится. В конце концов, это он контролировал толпу, а не она его. Они просто не могли до него достать, пока он бы им этого не позволил.
- Рад снова вас видеть, - официант появился, как и всегда, внезапно. И пожалуй впервые ему удалось застать гостя врасплох, ибо тот слишком сильно задумался о прошлом. Слишком сильно задумался о том, чем могла закончиться их случайная встреча сейчас. Официант поставил на столик перед ним бутылку виски и бокал, и медлил, перебирая поднос в руках.
- Что? - стараясь не показывать раздражения, которое было скорее следствием того, что его в очередной раз пытались рассмотреть, спросил мужчина. Его возраст уже перевалил за сорок, так что он вполне мог характеризоваться именно этим словом. Мужчина, который вел себя, как подросток, что влюбился в первый раз. Но возможно, так и было.
- Вы могли бы купить его танец, если вам так нравится. - Наконец произнес официант. Гость изогнул брови.
- Кажется, меня предупреждали о том, что как раз-таки не могу, - заметил он, вспоминая один из своих прошлых приходов. Да и не верил он в то, что младший мог действительно согласиться на подобное. Или он уговаривал сам себя, так как не знал, сможет ли сам согласиться на предложение или же предпочтет все еще отсиживаться.
- Вы не похожи на тех, кто был ранее... - как-то осторожно начал парень, как будто собирался сделать какую-то шалость, за которую мамочка его по голове не погладит. - Не думаю, что вы будете настолько идиотом, что полезете к нему.
- Может быть, этого я и добиваюсь? - усмехнулся он в ответ.
- Тогда, считайте это интуицией. - Пожал плечами официант. - В любом случае, это просто предложение. Только вам решать, чего вы хотите.
Парень поклонился, и хотел было уйти, но на этот раз уже его остановили, перехватив за локоть.
- Ладно. Давай проверим, права ли твоя интуиция,.. обо всем.
Официант улыбнулся и, снова поклонившись, на этот раз беспрепятственно, скрылся среди столиков. Мужчина же прикрыл глаза и откинулся в кресле. Кажется, он только что совершил ошибку, да еще и пропустил конец танца. Но бежать было поздно. Да и если он сбежит, то вернуться уже не получится. Он сделал глоток виски, который букетом осел на языке. Возможно, это все даже и к лучшему, потому что не бывает подходящего и не подходящего момента. По крайней мере, у них никогда не было.
Работник клуба появился через какое-то время и жестом попросил следовать за ним. Всю дорогу он пытался вновь рассмотреть гостя, но тот знал, как использовать тени в свою пользу, поэтому его лица так и не было видно. Только очертания. Нет, он не боялся, что его узнают. Наоборот знал, что этого не произойдет и именно из-за причины "почему" старался сделать так, чтобы никто не увидел его лица.
VIP-комната была просторной ровно настолько, чтобы тут поместилась сцена, диван с подушками, а так же журнальный стол, на который перекачивала бутылка с виски. Приглушенный свет был так же кстати. Когда его оставили одного, мужчина прошелся по комнате, подхватив стакан с виски. Алкоголиком он ни был, так же как и пить для храбрости не хотел. Просто это было привычкой, от которой он даже за время комы не избавился. Если так подумать, то, наверное, лучше, чтобы и не выходил, но детки доброго доктора Сартори были иного мнения на этот счет. Как потом оказалось и его знакомая с детства, Оливия, которая носила такую же фамилию, являясь дочерью столь знаменитого отца, тоже была за то, чтобы он жил. Все хотели, чтобы он жил. Кроме него самого. Все мы в этой жизни эгоисты.
А еще возможно, он хотел, чтобы его обманули, поэтому услышав музыку и обернувшись, он надеялся, что там будет не его брат. А у вселенной, как и всегда, были свои планы. Это был Алек во всем своем великолепии, представляющим из себя смесь похоти и надменности, остро приправленным пластичностью, с которой тот двигался. Мужчина знал, что танцор его не видит, по крайней мере, этому мешал не только свет, но и поза в которой гость сидел, откинувшись на спинку дивана. С согнутой в колене ноге, что лежала поверх другой. С рукой, подпирающей щеку. С волосами, которые частично падали на лицо, закрывая его. И чем дольше длился танец, тем сильнее он кусал подушечку одного из пальцев, положив другую руку так, что она закрывала явно не вовремя дающую о себе знать физиологию. И не сказать точно, смог бы он просидеть так еще дольше, прежде чем действительно сорвется, потому что смотреть становилось все невыносимее. Пожалуй, мальчишка все же ошибался. А может быть, и нет.
Мужчина почти вжался в спинку дивана, когда на колени опустился чужой вес, и губы накрыли его. Делая над собой усилие, он не ответил, ровно, как и не шевельнул ни одной из рук, которые теперь лежали все на той же спинке дивана, раскинувшись в разные стороны. Чужие губы, наконец, оставили попытки втянуть его в поцелуй и мазнули по скуле, останавливаясь где-то у виска. Он сам когда-то так делал, вдыхая запах чужих волос. И когда он уже решил, что достаточно спокоен для того, чтобы это все прекратить, напомнив, что у них есть правило без рук, как над его ухом раздался голос, такую интонацию которого он слышал всего один раз и очень-очень давно. Она эхом прошлась по коже, подстегивая кровь в венах, сбивая дыхание. Окуная в воспоминания.
- Долго же ты решался, Чезаре.
Мужчина замер, даже не пытаясь чего-либо сказать. Слова застряли где-то в горле. И явно пользуясь моментом, брат поднялся с его колен и скрылся где-то в недрах клуба. А он только и успел, что вскочить, обращая внимание на отрывок бумаги, который остался в кулаке. Развернув его, он прочел адрес. Адрес, который его пугал. Нет, не домом, который там стоял или тем, что возможно в этом месте кого-то убили. В их городе убивают всегда и везде. Нет, внезапно накатила паника, вызванная тем, что этот бастард знал. Знал и ничего не сделал. Хотя, не ему было кого-то винить, ведь сейчас он сам не собирался ничего делать. Его внезапно разозлил сам факт того, что его звали. Вот так. Без слов и разговоров. И если бы он прислушался сейчас больше к своему телу, чем разуму, то понял, что это единственное, чего он хочет. Быть там. В том доме. По тому адресу. Как-то быстро собравшись, так же поспешно он покинул клуб. С самого начала было глупо здесь появляться, но, кажется тот, кто его сюда отправил, знал, чем все закончится.

0

8

Эрик сидел в кормовой части яхты, за столом, на поверхности которого лежала головоломка. Просто потому что помимо моря, Харингтон любил головоломки. Они не только не давали мозгу загнуться, но и улучшали мелкую моторику, а еще попросту не давали заскучать. Иногда ему казалось, что люди такие же, похожие на Кубик Рубика, задачки, которые решаться, как только ты соберешь все цвета воедино. Так было не со всеми, просто потому что большая часть знакомых, которыми таковыми оставались только благодаря родственникам, щелкались за шесть поворотов граней. Наверное, поэтому он и принял предложение о работе, когда ему предложили сопровождать ученых в долгих экспедициях. Моряки из команды корабля были чисто своими, а вот люди из НОЦ, сами по себе интересными. Когда вокруг тебя часто разговаривают о чае, то тебе становится на много интереснее слушать рассуждения о морской флоре, фауне, экосистемах и прочем. Это прочее могло длиться до бесконечности.
А еще он любил находиться от дома, как можно дальше.
Иногда, люди считали, что если ты красив, богат и у тебя есть яхта, то она существует только для того, чтобы катать на ней девочек, - и мальчиков, - ради одной цели. На свою яхту, он звал только тех, кто был ему интересен. Самые близкие знакомые пытались делать ставки на то, кого следующим он на нее приведет. Яхта была его вторым домом, где он жил летом, поздней весной и до поры, пока не станет совсем холодно. Это было главное причиной, почему он не использовал ее для подобных целей. Для быстрого перепихона существовали клубы, бары, а так же отели. Водить, кого бы там ни было, к себе домой на одну ночь в его планы обычно не входило.
Именно поэтому, сейчас он сидел и ждал, а не как то всегда бывало, ушел в море еще накануне, потому что выходные. Ждал, перебирая грани головоломки, которая в какой-то момент стала 17 на 17 на 17, и у нее даже было имя. У человека-головоломки, не кубика.
И звали этого человека Лэнс.
Он был интересен хотя бы потому, что сам ввязался в долгосрочную экспедицию, морозить задницу и выполнять работу, которую никто не хотел. Вернее, как водилось в человеческом обществе, вся трудная, но скучная работа доставалась стажерам или новичкам. Вот здесь был как раз такой случай. Кроуфорд любил природу, поговорить и, по всей видимости, брата. Пожалуй, поговорить и брата, он любил больше всего.
Именно поэтому, когда зашла речь о плавании, Эрик сказал, что Джейд тоже может поехать.
Все любят смотреть на китов. По крайней мере, Харингтону так казалось. Кто их не любит? Ну, кроме него самого. То есть, конечно, они были интересными, но ровными. Под «ровными» он понимал то, что их жизнь размеренно протекала по расписанию, отписанному им природой. Сам дайвер предпочитал акул. Вот только в одном из последних плаваний повредил клетку, в которой можно было погружаться ради этих целей. Он мог плавать и без нее, но работа вдолбила ему в голову, что техника безопасности всегда должна быть на первом месте.
Мужчина опустил куб на стол и протер глаза. Боковое зрение уловило движение на пирсе, поэтому он развернулся, опираясь локтем на спинку дивана. Братья шли вдоль рядов других суден, и уже сейчас он мог сказать, что его головоломка действительно самая сложная в мире. И не потому, что путать близнецов из-за их внешности, это задача каждого человека. С этим проблем не было хотя бы потому, что они отличались цветом волос.
- Привет, - он улыбнулся, подняв свободную руку. Помахал ею, привлекая внимание и ожидая пока они дойдут.
За это время он успел встать и поднял куб, понимая, что уже решает его не верно. Это не огорчало, только подогревало азарт.
- Я Эрик, но мне больше по душе - Харингтон. - Успел представиться он, а потом указал рукой в глубину палубы. - Надеюсь, вас устроит одна кровать на двоих. Дверь прямо по лестнице. Ванная в каюте, но есть вторая слева от лестницы. Она от еще одной спальни, но боюсь там все забито снаряжением.
Он прикинул что-то в уме, размышляя, стоит ли водить экскурсию по яхте, учитывая, что и так все было ясно и понятно. Кухня была прямо перед ними, а так же столовая и рулевая. Оставался только верхний мостик и два лежака на носу, но кажется, на это у всех еще будет время поглазеть.
- Вы пока шли, Нимица не видели? - Эрик прикинул в уме, мог ли он рассказывать Лэнсу о своем коте. Харингтон привык, что все в округе знают, что та наглая и пушистая харя, которая забирается к тебе в тарелку не спрашивая - его кот. И лучше его накормить, так как даже хозяин с этим ничего не сделает. Возможно, это было глупо, брать с собой животное, но пушистый комок счастья был не против. Он попросту привык, да и не любил оставаться один. Учитывая, что еще недавно Эрика дома не было, то не брать его сейчас было чревато последствиями намного хуже обоссанных ботинок. Пушистый говнюк, как в шутку звал его сам Эрик, когда любимый Мейн-Кун в очередной раз преподносил ему подарок.
- Кот мой, вот такого размера, - все же добавил он, руками показывая размер животного. Он знал, что тот непременно явится рано или поздно. На самом деле, как-то так получалось, что Нимиц оказывался в нужном месте, как раз-таки в нужное время. Почему он не явился до сих пор, оставалось загадкой.

0

9

- Я знаю… - только отвечаю на правду, которая в очередной раз показывает мне, насколько я труслив. Можно сколько угодно времени притворяться сильным, смелым, непоколебимым, но это не значит, что в глубине души не плескается паршивое чувство, нашептывающие, что все происходящее в общем-то твоя вина. Маги, Андерс и возможно даже дыры в небе. В этом была моя вина, потому что не доглядел, не понял, не осознал. Сбежал сначала в поисках Морриган, что было просто прекрасным предлогом, ради которого можно было даже не уговаривать себя, что так лучше, а потом затерялся где-то между подземельями и поверхностью. Иногда казалось, что я даже больший гном, чем вся знать Орзаммара. 
- Позже, обязательно перед ней извинюсь.
Казалось, что Каллен расслабляется от прикосновений, и это было правильно и не правильно. Правильно, потому что это было тем, чего я добивался. Его спокойствия.

0

10

Жизнь научила Яна многому и ко многому подготовила.

Но каждый раз весь опыт разбивался кусочками битого бетона и стекла, стоило только услышать одно единственное имя. Хотя, это же и не имя было, не так ли? В любом случае, это было именно тем, к чему жизнь ему так своевременно забывала готовить. Она просто брала перекур, заставляя его самого разбираться во всем этом. А он, как мазохист каждый раз наступал на одни и те же грабли, получая в лучшем случае по лбу. Именно поэтому, когда в трубке раздался до скрежета зубов знакомый голос, Гамильтон искал причину для отказа. Искал, но не находил, потому что проще было Ризу сказать – да, чем в сотый раз себя уговаривать, что ты не обязан просто потому что ты его тихо ненавидишь. Да и ненавидел ли? Если хорошо подумать, то с Ризом у него была просто половая непереносимость на почве расхождения в характерах. Тот был слишком… определение этого «слишком» было очередной загадкой, которую Ян даже не пытался решить, просто потому что.  Но это точно был не тот вид ненависти, когда ты готов пойти на все, чтобы человека убить. А ведь он мог за все время последней совместной работы это устроить. В конце концов, Синнистер был в тот момент приманкой.

- Ладно, - откликнулся он в трубку, ловя себя на мысли, что такое уже происходило. Чуть более полугода назад, когда он точно так же согласился на работу. «Ты сам себя в это втянул, Ян». Он посмотрел на часы, пытаясь сообразить какой сегодня день и который вообще час. Как оказалось – шесть утра. И вот спрашивалось, какого хрена? И он уже согласился, может еще не поздно сделать пару шагов назад? – Мой дорогой, любимый, глубокоуважаемый, Джейден, ебал я тебя во всех позах, какого хрена ты спрашиваешь об этом в такую рань?

Получив в ответ что-то про разницу в часовых поясах между Нью-Йорком и Сиднеем, Гамильтон понял, что даже не стоило начинать. Проще было задаться вопросом, почему они вообще разговаривают по телефону, а не находятся в одной комнате, в одной кровати. Ах, да. Кажется, кто-то правда считал, что Синнистер слетел с катушек, и теперь им приходилось держаться друг от друга, как можно дальше. И в очередной раз очко шло в копилку того, почему он должен согласиться.

- Не раньше мая, - вынес вердикт он, желая сейчас только одного – отоспаться. – Позже скину когда.

И если от него ожидали вотпрямщазидубегуделаю, то глубоко заблуждались. Он вообще имел полное право не только послать на фиг, но и отправить все это утрясать через менеджера в стрельбовой, и тогда май бы показался слишком приятной перспективой. Не то, чтобы там все было расписано так плотно, но все же, в последнее время люди, казалось, сошли с ума. Где-то явно намечался конец света и Ян размышлял о том, чтобы он обошел его стороной. Ему и так хватало флэшбэков времен бурной молодости. Закинув мобильник куда подальше и так, чтобы ближайшие часов двенадцать или больше, его не видеть и не слышать, американец вернулся в крепкие объятия морфея.

А ведь отпуск так хорошо начинался.

Вернее сказать – это был не совсем отпуск, так как по правилам их работы, тебе полагался отдых после затяжного прикрытия. Выйти из образа, при надобности пройти кучу тестов у психолога. В обязательном порядке. Просто чтобы показать, что кукуха все еще при тебе, а не вылетает, оповещая который сейчас час. И если у Яна проблем с этим не было, то у Риза, который сам кому хочешь вынесет мозг при желании, - да. Это было сродни попытки выяснить, сколько правды ты услышал, когда перед тобой сидит лучший лжец на свете. И если Гамильтон как-то не сомневался в искренности напарника, то начальство было немного другого мнения. И он их понимал.

Чего он не понимал, так это отсутствия совместной работы просто потому, что в их случае, так называемые «отношения» не влияли на работу вообще никак. Хотя, как и подобает, все произошедшее за полгода работы, они описали, как логичное поведение их личностей в данном конкретном случае. Все равно, все в итоге сводилось к вопросу о том, когда они друг дружку пристрелят просто, потому что опять не поделили территорию, в определение которой входило слишком много пунктов. Возможно, всех как раз-таки заебало их отношение друг к другу, когда не ясно они шутят между собой, над тобой или действительно ссорятся. Это бы он тоже понял и принял, как должное.

Решив, что как-то сильно заморачивается по поводу этого, Гамильтон списал все на особенности их работодателя. Иногда складывалось ощущение, что Интерпол, который должен был облегчать людям жизнь, наоборот ее усложняет. Видимо, таков был откат из-за того, что они имели слишком много привилегий, даже больше чем ФБР, АНБ и им подобные инстанции. И вообще, как-то было пора хоть на небольшое время, но забыть об этом и сосредоточится на другой своей… работе? Сам Ян считал это скорее чем-то на вроде хобби, которое приносило больше успокоения для расшатавшихся нервов, так как, перебирая оружие, он познавал великий и ужасный дзэн. И это не беря в расчеты тот простой факт, что это было привычкой, оставшейся после армии, собирать и разбирать оружие. Ну и стрелять из него. Хотя тут опять-таки все сводилось к работе.

Примерно через месяц он и вспомнил тот самый разговор.

Листая толстый черный ежедневник, он сидел в офисе на стрельбище, пытаясь понять, куда втиснуть в свои планы Риза. Впрочем, как и всегда. Они даже подстроиться друг под друга в таких простых вещах не могли. Вот уж, мда. Решив, что две головы как минимум лучше, чем одна, он быстрым набором дозвонился до менеджера, сверяя расписание и пытаясь объяснить, почему стоит сделать так, как ему надо. А ему было надо, потому что за последний месяц, его жизнь стала какой-то слишком уж простой. Получив ответ, он скинул координаты напарнику, понимая, что «ты сам себя в это загнал Ян», снова.

Но почему-то ощущения кромешного пиздеца, которое он ощущал тогда – не было. Возможно, дело было в том, что, в общем-то, он согласился учить стрелять какого-то совершенно постороннего человека, о котором Риз отзывался.… Гамильтон на секунду задумался, вспоминая, когда в последний раз слышал подобное от Синнистера и пришел к выводу, что в подобном ключе тот отзывался о своих детях. Американец даже решил, что ему любопытно узнать, с кем же за такой короткий срок успел сблизиться напарник. Интригующе. Да и еще учитывая, что этот кто-то был женского пола. Стоило начинать ревновать, и был ли в этом смысл? Ответ был очевиден – нет.

День икс протекал приблизительно в таком же положении. Разве что с утра пораньше, не успел Гамильтон добраться до своего кабинета, его перехватили и просто поставили перед фактом, что с ними будет кто-то еще. И об этом «кто-то еще», он узнал только имя.

- Понял, принял, - откликнулся на эту новость Ян, ища причину нелюбви к нему жизни. То есть он любил учить других стрелять и хобби свое тоже, но он не любил сюрпризов, которые по нормальному требовали подготовки. С другой стороны, трудности он любил не меньше, чем свою работу. Да и чем больше человек в тот момент будет находиться рядом, тем меньше вероятность заблаговременного исхода между ним и Джейденом. Кажется, только посторонние люди могли служить причиной для того, чтобы они вели себя прилично. Но не всегда. Но это определенно начинало радовать.

Ровно как и запах пороха на стрельбище.

Особенно с утра, особенно если где-то рядом дымился кофе. Последний он принес с собой, потому что надо было чувствовать себя человеком, а не подобием на него. То есть он, наверное, мог бы жахнуть себя током от протеза и работать, как кролик-энерджазер, до конца дня, но это было крайней мерой. Да и барахлить кисть перестала после парочки походов к технику. Получалось, что надеждой был только кофе.

К тому времени, как дверь открылась, он как раз был на стадии – человек прямоходящий и рассуждающий, и собирал возможные варианты того, из чего им предстоит стрелять. В целом, набор в помещении был полный, и они могли осваивать все, что душа пожелает. Но логично было предположить, что оружие, подходящее двум мужикам-воякам, не подойдет молодой девушке. Вот ни разу. Такое бывает только в кино.

Услышав свою фамилию, он даже обогнул стол, и на лету поймал чужую руку, соприкасаясь с ее обладателем плечом. Кто бы сомневался, что это просто так.

- Когда это я вел себя плохо? Обычно это твоя прерогатива. – откликнулся Ян в тон Ризу. Впрочем, чего он ожидал? Признания в долгой и вечной? Пока напарник откровенно говоря маялся херней, Гамильтон разглядывал будущую подопечную.  Причин не доверять суждению Синнистера у него не было, поэтому он просто оценил чужие формы, вкупе с остальной красотой, которая к этим формам шла. Попросту говоря, девушка перед ним стоящая, была красивой, достаточно милой и судя по реакции на тарабарщину австралийца – веселой. Потому что любой мало-мальски нормальный человек, не мог воспринимать его слова в серьез. И именно поэтому, она уже начинала ему нравится.

- Это я-то стреляю достаточно хорошо? – изогнул бровь Ян, внимательно глядя на Риза. – Ты с собой не путаешь, исходя из расчета на то, что на мои 10 из 10, приходится только половина твоих?

Не то, чтобы его напарник хреново стрелял, но только один из них был снайпером. К великому сожалению Синнистера – это был не он. Но что-то подсказывало, напарнику плевать. Как он там любил говорить? Не сдох и ладно. Хотя сам Гамильтон этой концепции не разделял, ровно, как и принципов жизни, по которым тот и жил. Ну, то есть, ему было посрать, что у Джейдена есть семья и все такое, но в целом, подобный уклад жизни в голове Яна не очень укладывался. Наверное, как и у любого другого нормального человека. А он все еще считал себя нормальным человеком.

- Привет. Мне тоже, - он взял протянутую ему руку и поцеловал чужие пальцы в знак приветствия. – С тобой он тоже ведет себя, как тупой салдафон? Или все-таки иногда выходит из этого режима?

Уловив краем глаза усмешку на чужом лице, он подавил в себе очередное желание оскалиться. Раз уж сказал, что будет вести себя хорошо, - как будто когда-то было иначе, - то значит будет. К тому же, из них двоих, человеком без комплексов оставался австралиец.

- Как и когда вы вообще успели познакомиться? - Гамильтон пытался припомнить, когда их работа могла пересечься с модельным бизнесом, но точек соприкосновения не находил. Ни одной. Разве, что этот кабелина пошел туда, куда ему было велено не ходить. - То есть я понимаю, что он такой плейбой, миллиардер и филантроп с виду, но …

Сделав неопределенный жест рукой в стороны выше обозначенной фигуры, в попытке объяснять, что имеет в виду, Ян состроил выражение лица, мол, мдам-с и не такое бывает. Но шутки шутками, но они собрались здесь для дела, о чем ему успели напомнить. Переключаясь в режим учителя, Гамильтон снова окинул взглядом Софи, теперь уже оценивая ее боевые навыки, если таковые имелись.

- Ты стреляла когда-нибудь?

Вообще, об этом должен был знать Джейден, но тот толи умолчал, толи оставил все ему. Оно было и к лучшему, потому что мог получиться сломанный телефон.

- Кстати, к нам возможно присоединяться. – Добавил он. – Я тут вроде как занял нам целый бокс, но так получилось, что желающих пострелять больше, чем свободных мест.

В общем-то, это, не должно было стать проблемой, так как ячейки все же были общими, но поставить в известность людей стоило.

[nick]Ian Hamilton[/nick][icon]https://i.imgur.com/9J6i5ld.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/MCCMpDs.png  https://i.imgur.com/ZTApJwM.gif  https://i.imgur.com/vqfMonf.png[/sign]

0


Вы здесь » Portas Inferi » Все о Нас » Sinnister Jaden Rhys, 40